Рубрикатор

Язычки без костей

Язычки без костей


Фонарик

Поздний вечер. Милочка и Дорогуша уже спят. Дед сидит на кухне, пьёт чай и смотрит в окно, под которым фонарный столб освещает пустующую детскую площадку. Погода метнулась в сторону потепления, от чего на фонаре появились сосульки.

Шелест за дверью маленьких ножек в тапочках оповестил ему, что "рабочий" день ещё не окончен. Дверь открывается. На кухню вплывает со слезами на глазах Дорогуша -младшее из ангельских созданий, которое ещё с вечера было "не в духе", и задаёт вопрос:

- Деда! Фонарик простудился?!

Дед, естественно, не понял вопроса и попросил разжевать более подробно суть случившегося горя, на что и получил исчерпывающий ответ:

- Фонарик заболел! Посмотри, какие у него сопли!

Маслице

Дед намазывает масло на булку. Подлетает будущий обладатель бутерброда и внимательно наблюдает за всеми действиями. Через некоторое время Милочка не выдерживает и спрашивает:

-Деда! А что ты делаешь?

Дед с напускной важностью отвечает вопросом на вопрос:

- Это контроль?!

На что сам получил ответ поучительным тоном:

- Это мас-ли-це!!! Не знаешь, что ли?!

Три штучки

Конец рабочего дня. Милочку и Дорогушу забирают из детского садика. Дед расположился рядом с внучками на заднем сидении и слушает, как Милочка и Дорогуша болтают между собой.

Вдруг Дорогуша ( младшая) встрепенулась и горлопанит на всю машину:

- Зеда! Ты мне долзен сделать дристуськи!

Обалдеть!!! Родной дед обещал ребёнку сделать дристушки!!!

В машине воцарилась, как говорят в таких случаях, гнетущая тишина. Дочь, сидевшая за рулём, припарковала машину к обочине и испепеляющим взглядом посмотрела на отца. В это время с пассажирского переднего сидения его уже прожигал взгляд супруги.

Эти взгляды стали ещё выразительнее после повтора уже раз поставленной задачи.

Поскольку дед был человеком совестливым, но временами, мягко говоря, косноязычным, он, краснея, стал лихорадочно вспоминать, где умудрился проколоться в присутствии этой маленькой губки. Из оцепенения его вывели поглаживание по плечу и ангельский голосок:

- Зеда! Слысыс?! Ты мне сделаес дристуськи?

Съёживаясь в размерах, дед осторожно переспросил:

- Котик, ты где это слово слышала?

Взгляды - гиперболоиды временно перенацелились на Котика. Забрезжила надежда на благополучный исход инцидента, но не тут-то было! Котик, перебирая содержимое карманов, спокойно приговорил родного дедушку к высшей мере:

- Ты мне сам обесял ети дристуськи!

На передние сидения после этого "приговора" дед не смотрел. Карающая рука правосудия уже готова была опуститься на святое - вечернюю бутылочку пивка. Последнее своё слово он тоже, похоже, профукал, так как не нашёл что сказать в своё оправдание. Правда, рот пытался издавать какие-то звуки, но только усугубил его положение.

Машина тронулась. Это означало, лишь то, что подавать апелляции в Верховный суд - бессмысленное дело.

В дедовом мозгу крутилось слово "дристушка".

- Ну и деда! - раздалось шипение со стороны лобового стекла, - Пообщаются с ним, ещё не такому научатся... Спасибо тебе, дедушка!!!

Но тут неожиданно "амнистировала" деда по всем статьям Милочка (старшая внучка), заподозрившая в интонации бабушки что-то неладное. В планы её никак не входило остаться без общения с дедом:

- Три штучки! Три штучки он ей обещал! Чего непонятного?!

- Три штучки?! - переспросил дед.

- Дри стусь-ки! - проговаривая каждый слог, повторила Дорогуша, - Ты утром обесял!

И тут до деда дошло, что утром он обещал Дорогуше из трёх освободившихся бумажек от конфет сделать фантики, которые она копила.


Мишки

Дед лежал на диване на вполне легальных основаниях. После вопроса, заданного им на кухне своей второй половине "Чем помочь?" и полученного ответа "Не мешать!", он имел полное право "душить" диван и тупо пялиться в ящик до особых распоряжений "сверху".

Деда безгранично радовал и тот факт, что никто, кроме двух шкодливых котов, наречённых в силу неведомых ему обстоятельств Мишками, не покушался на трансляцию футбольного матча ввиду отсутствия на других каналах различных жалостливых сериалов, а так же передач типа "Наедине со всеми" и "Давай поженимся". Коты, как казалось деду, футбол не любили и постоянно, пытаясь вытеснить его с дивана, норовили наступить на пульт, чем приводили деда в негодование не хуже его супруги.

Радость закреплялась доносящимися с кухни звоном кастрюль, шорохом льющейся из крана воды и стука ножей по разделочным доскам. Это позволяло надеяться, что домашние властные структуры временно забудут о существовании деда, только что сошедшего с парохода в отгулы.

Данная идиллия, как уже стало казаться деду, могла бы продолжаться вечно, но на его беду между ним и телевизором появилось ангельское создание, именуемое в узких семейных кругах Дорогушей.

Всякие церемонии и хождение вокруг да около данному созданию были не ведомы, поэтому дед сходу получил каверзный, как ему показалось, вопрос в лоб:

- Зеда! Какие твои любимые конфеты?

Дед, не зная, что ответить, брякнул первое, что пришло на ум в процессе борьбы с котами за место на его любимом диване:

- Мишки на севере! - пробубнил он, добавив про себя в сердцах - Будь они не ладны!

- А такие бывают? - почему-то усомнилась внучка.

- А ты у бабули спроси, - начинал терять терпение дед, проигрывая схватку с наглыми животными за место под солнцем.

Дорогуша в мгновение ока исчезла в направлении кухни, откуда до деда донёсся ангельский голосок:

- Буля! Где Миськи насерили?

Дед поморщился. Стук ножей о доски прекратился, а кастрюли перестали позвякивать. При этом вода из крана продолжала монотонно шипеть. Это был явно нехороший знак, говоривший деду о возможных предстоящих репрессиях на почве недопонимания.

Претвориться спящим деду не удалось, так как раньше, чем он успел закрыть "бесстыжие очи" между ним и телевизором уже стояли жена и дочь. Положение их рук, упёртых кулаками в то место, где, по мнению всех женщин, у них находится талия, обещало весьма насыщенный монологами вечер.

- Ты чему это опять ребёнка учишь? - начала один из таких монологов бабуля с весьма риторического вопроса.

- Ну, нагадили коты, так можно это сказать при ребёнке и другими словами! - вторила матери дочь.

Дед попытался разрулить возникшее недопонимание, но мерзавцы коты, исчезнувшие с поля боя при появлении хозяйки, предательски загремели в туалете своими лотками, чем свели на нет все дедовы попытки обелить себя в глазах дорогих ему женщин.

Футбол накрылся медным тазом, на горизонте алыми парусами замаячили штрафные работы.

И тут на помощь деду опять пришла Милочка - старшая из внучек. Она протянула Дорогуше конфету и, хмуря брови, назидательно ей сказала:

- Конфета называется "Мишки на севере". А то, что ты спросила у бабули, Мишки делают не на севере, а в туалете!

Дед с благодарностью посмотрел на Милочку. Он почти уже расслабился от того, что нависшее над ним линчевание за употребление при детях нелитературных слов прошло стороной, как Милочка, повернувшись к матери, с очень серьёзным видом напрочь разрушила все дедовы надежды:

- Кстати! Вы можете ругаться, сколько хотите, только знаете, что только что сделали Мишки?!

Расплывшись в ангельской улыбке, первой подала голос Дорогуша:

- На севере!


Палёная водка

Дед, как всегда, проснувшись рано утром, не открывая глаз, на автопилоте проследовал в ванную, открыл холодную воду и, набрав полные ладони воды, погрузил в них отёкшее от ночного храпа лицо. Как умудрился он сделать вдох полной грудью в это время, осталось для него полной загадкой и неожиданностью.

"Охренеть - не встать!" - подумал дед, безуспешно пытаясь набрать в грудь воздуха вместо заполнившей его воды. Однако спазм, перехвативший дыхание, держал ситуацию под полным контролем и уже обещал своему подопечному незабываемое путешествие в один конец туда, куда тот по большому счёту ещё не собирался.

" Ну, и за каким бесом бросал курить!" - спросил кто-то с приветливой, но садистской издёвкой в голосе.

Этот кто-то деду не понравился сразу. Опять же, обещанный яркий в красивых красках тоннель на самом деле очень напоминал метрополетеновский эскалатор только грязно-красного цвета, где кондиционеры явно отсутствовали.

Дед из последних сил мотнул отяжелевшей головой и с криком "Хрен вам, а не барабан" открыл глаза...

Дорогуша, продолжала дёргать деда за усы, несмотря на все его попытки во сне освободиться от её цепких ручек. Увидев широко раскрывшиеся глаза деда, она удовлетворённо закачала головой:

- Пъиветь! - ласково пропела она, усаживаясь верхом на деда и приглаживая ему растрепавшуюся в последние мгновения сна чёлку.

Дед бешено вращал глазами и на приветствие внучки ничего членораздельного произнести не смог кроме "ап, ап!", полной грудью жадно хватая положенные для нормального функционирования организма литры воздуха.

Дорогуша такую утреннюю активность деда расценила, как расположение последнего к диалогу, и сходу задала тому вопрос, который не только нормализовал дыхание деда, но и снова привёл его в состояние ступора:

- Зеда! А ти пвавда пвавал в паёной водке?!

Конечно, у деда иногда ехала крыша от его "бабского батальона", и в такие минуты возникало желание нарезаться до поросячьего визга, но чтобы плавать в водке, да ещё палёной - в голову не приходило. Правда на миг ему эта идея показалась интересной, но он, как приличный человек, погнал её прочь.

И всё-таки, в душе зашевелилась тревога, родившая встречный вопрос, который дед и попытался осторожно озвучить:

- Котик! А откуда ты такие слова знаешь?

- Сьто ти пвавал в паёной водке мне бабуя ськазяя, - тут же сдала Дорогуша организатора данной провокации.

Ну конечно! Как он мог сразу про это не догадаться!! Кто же ещё мог пойти по отношению к нему после бурно прошедшего праздника с такой недружественной акцией!!!

Дед аккуратно вынырнул из-под одеяла, поверх которого на нём восседал младший из его любимых ангелочков, и, оставив Дорогушу без ответа, стал без лишнего шума пробираться во вражеский генеральный штаб, откуда так маняще веяло запахом готовящегося завтрака.

Застав главнокомандующего недружественных ему сил в окружении менее весомых членов (с этой игры слов дед чуть не заржал) генштаба противника врасплох, он с большим удовольствием задал им свой вопрос:

- И кто научил ребёнка плохим словам?!

Бабуля, дочь и Милочка, разом повернувшись к деду, застыли в полном непонимании.

- Меня, значит, можно гнобить за каждое случайно сорвавшееся слово, а сами совершенно сознательно подучиваете ребёнка всяким гадостям?! - напирал дед, пока в стане противника чувствовалось полное смятение, - Как?! Как это понимать?!!

- Вот чувствовала, что не надо было ему вчера дембель свой отмечать! - пробубнила бабуля, поворачиваясь к дочери.

Та, соглашаясь на все сто, только вздохнула. Милочка в происходящем мало что понимала, но в знак женской солидарности инстинктивно поддержала старших товарищей по противостоянию сильному полу. Она пошла дальше всех, и даже покачала головой.

- Чего? - тут же произнёс дед, чувствуя, что пора переходить от наступления к глухой обороне. Развить свой вопрос он не успел, так как обрушившийся шквал обвинений разного калибра заставил его отступить обратно в спальню, где в его глубоком тылу хозяйничала Дорогуша.

- Зеда! Ну яскажи пъё паёную водку! - выдал просьбу ребёнок, коей стали свидетелями все ворвавшиеся практически на дедовых плечах, преследовавшие его вражеские войска.

- А? Что скажете?! - остановившись на последнем рубеже обороны, бросил дед своим преследователям, указывая на Дорогушу, выпытывающую у деда информацию о палёной алкогольной продукции, - Мало того, что меня оклеветали, так ещё и ребёнка всякому дерьму учите!

- Пъё деймо я зьнаю! Это миськи на севее! Ти мне пъё паёную водку яскази. И как ти в ей пъявал! - настаивала, не смотря ни на что, Дорогуша.

В тот же момент из глаз бабули прыснули слёзы от неудержимого хохота. К великому удивлению и полному смятению деда, наравне с ней дико ржал весь обложивший его женский отряд за исключением Дорогуши, которая продолжала требовать отчёт о плавании в палёной водке.

- Ну, вы даёте! - только и выдавила сквозь смех дочь.

- Дуля! - взяв деда за руку, вымолвила Милочка, - Она про твою подводную лодку второй день всех спрашивает!

- А деда вчера, почему-то, пораньше спать завалился, - продолжила бабуля. В её голосе читался укор, но, по всему чувствовалось, что это было не критично.

- Вот ведь, кнехт мне в клюз! - пробубнил себе под нос дед, - Послышится же! Палёная водка!

Зря дед прибавил громкость на последней своей фразе. Тонкий ангельский слух уловил сказанное дедом, что привело Дорогушу в небольшое раздражение от непонимания:

- Мне надо пъё па-ё-ну-ю вод-ку, а не пъё васю паёную водку! - здесь она сделала паузу, и, уже обращаясь ко всем присутствующим, задала очередной неудобный вопрос, - А сьто это такое?!

В комнате наступила на мгновение тишина. Но только на мгновение, так как тут же по всем отсекам поступила спокойным но твёрдым голосом новая вводная от командира:

- Так! Пошлите завтракать!


Застрянец

Дед не любил аквапарки. Он предпочитал купание в океане, так как считал, что созданные человеком аттракционы гораздо менее интересны, но более опасны, чем то, что предлагает для развлечения сама природа. Нырнуть в практически вертикально встающую у берега волну или прокатиться на её шипящем гребне для него было куда интереснее, чем съехать по пластмассовой горке, обдирая на её стыках свою не первой свежести шкуру.

Однако, его любимые создания Милочка и Дорогуша на этот счёт имели своё мнение, которое было диаметрально противоположным мнению деда. Данное обстоятельство в принципе решало всё, поэтому весь выходной дед безропотно носился за внучками от горки к горке, испытывая на спусках прочность не столько своего организма, сколько личной силы-воли и новых плавок.

День за играми и весельем прошёл незаметно. Ближе к вечеру терявшим терпение маме и бабуле кое-как удалось вытащить девчонок из аквапарка. В машину рассаживались нехотя и молча.

Авто тронулось. День шёл к своему логическому завершению, не предвещая никаких эксцессов.

Дед уже начинал кемарить под монотонный разговор своих внучек, как вдруг тоненький голосок Милочки вывел его из анабиоза и заставил напрячься:

- Бабуль, бабуль! А деда-то у нас застрянец!

В машине, как пишут в страшилках в таких случаях, наступила гнетущая тишина. Все имевшиеся в транспортном средстве взрослые особи, учитывая их испорченность жизненным опытом, ничуть не колеблясь, предположили, что ребёнок дал деду не самое лестное для него определение. Искажение слова было списано на акцент и детское косноязычие.

Конечно! Девчонки, проживающие в Португалии, разговаривали на русском гораздо лучше, чем среднестатистический житель этой страны. Однако, учитывая недостаточную разговорную практику и общение с дедом, предпочитающего, мягко говоря, различные сленги русскому литературному, вносили поправки в произношение того или иного слова.

Так или иначе, но дед на данный момент с лёгкого, но не очень-то поворотливого, язычка Милочки восседал на заднем сидении в новом обидном для себя качестве. Немного растерявшись, он искал глазами поддержку у Дорогуши, но вместо возмущения совершенно необоснованному обзывательству, он встретил в её лице безоговорочное согласие с сестрой. Обе повторяли, тыкая в деда своими маленькими пальчиками то, что он застрянец, сопровождая данное определение безудержным весельем.

Дед, естественно, обиделся, но не подал вида. С непробиваемым лицом он молча сидел и рассуждал про себя, за какие такие грехи его любимые создания пытаются приклеить ему такую обидную кликуху. Настораживало и то, что со стороны лобового стекла до сих пор не поступило никакой реакции.

И тут деда осенило!

- А-а! Я понял! Иностранец! - дед с надеждой повернулся к маленьким обзывательницам, - Я же не местный, значит, иностранец!

- Неть! Ти застьрянесь! - опередила с ответом Дорогуша Милочку.

"Замечательно! Дожил! - думал про себя дед, глубже вдавливаясь в спинку сидения, - Засранец!!! Это сейчас засранец, а что дальше будет?!"

Он попытался представить нерадостное для себя будущее. Всплывающие в воспалённом обидой мозгу картинки рисовались нерадостными, и одна хуже другой.

От невесёлых дум его отвлёк суровый окрик дочери, успевшей уже припарковать машину к обочине и развернувшейся к девчонкам. Хоть рукоприкладство в семье не практиковалось, мамуля в воспитании своих дочерей была строга, правда, в меру и без всяких излишеств.

- За что вы так обзываете Дулю?! - спросила она таким тоном, что даже у деда по спине пробежались мурашки, - Это очень не хорошо!

- А я с ними согласна! - чуть слышно выдавила из себя бабуля, подавляя в себе рвущийся наружу смех.

Веселье на заднем сидении прекратилось. После некоторого замешательства первым подала голос Милочка на правах старшей:

- Почему не хорошо? Он же правда застрянец! Он же на всех горках застревал!

- Его даже спасатели время от времени из горок выковыривать порывались, - уже не сдерживая хохота, снова подала голос бабуля, адресуя своё пояснение дочери, - замечательное и очень точное определение! Так что зря ты на них так зыркаешь.

Дочь села на место, не зная как вести себя дальше. Девчонки не сказали ничего плохого, за что их можно было отругать. Они даже и слова-то такого наверняка ещё не слышали, за которое чуть не получили нагоняй. Ну и как теперь им объяснить, почему мама так на них разозлилась?!

Недопонимание, к счастью не успевшее вылиться в конфликт, замяли быстро.

- Зеда - самый застрянный застрянесь в мире! - с гордостью подытожила Дорогуша, чем весьма кстати разрядила сляпанный, как оказалось на пустом месте, самими же взрослыми конфуз.

Машина тронулась. Сестрёнки снова начали что-то лопотать между собой. Дед удовлетворённый разборкой снова погружался в дрёму после плодотворного трудового дня. И только бабуля единственный раз нарушила спокойствие, воцарившееся в салоне машины.

Сдавленным смешком она тихо на распев произнесла: "А ведь были бы правы...".


Помидорки

- Деда! А ты купишь мне помидорку? - спрашивала Милочка у деда, когда тот встретил внучку из школы.

Дед не мог отказать милому созданию, и они, топая в направлении к дому, отклонившись от курса, заглянули в супермаркет. Выбор был большой, поэтому дед немного растерялся. Ясное дело, продуктами обычно заведовала бабуля. Она запросто ориентировалась как в качестве продукта, так и в ценах на них. Деду же при этом всегда отводилась роль исключительно грузчика и самосвала. Поэтому, от взятых на себя повышенных обязательств новоиспечённому скупщику томатов было немного не по себе.

- Ну и что будем брать? - не показывая растерянности, по-деловому, насколько у него хватило артистизма, спросил Милочку дед.

Милочка в отличие от деда кое в чём разбиралась. Она, ничуть не колебавшись, указала на помидоры, висевшие гроздьями на зелёных ветках. Дед впервые обратил внимание на такой в его понимании прикол и очень удивился. И поскольку кормить внучек силосом, продававшимся на вес вместе с помидорами, дед не собирался, тащить лишний мусор, как рассуждал он сам на своём обычном сленге, ему было в лом. Поэтому он, ободрав ветки, сложил в пакет обещанные Милочке её любимые вкусности и, взяв отвлёкшуюся на другие товары спутницу за руку, направился к кассе.

Милочка, посмотрев на пакет, тут же поинтересовалась у деда, те ли на самом деле это помидорки, и почему они без веточек.

Дед, как мог, разруливал данный вопрос примерно полдороги от магазина до дома. Вторую половину пути он мотал головой, словно лошадь, на постоянно задаваемый Милочкой один и тот же вопрос, точно ли помидорки с веточки.

К тому моменту, когда они переступили порог квартиры, дед уже мотал башкой на автопилоте, плохо воспринимая все задаваемые вопросы. Снимая с себя верхнюю одежду, он даже не слышал, как Милочка уже успела доложить бабушке:

- А деда купил с веточки помидорки!

После чего быстренько исчезла в туалете.

Бабуля докладу внучки почему-то не обрадовалась. Наоборот! Брови её медленно сдвигались к переносице. Если бы дед был в адеквате после только что пережитого допроса, он бы заметил творящиеся метаморфозы на лице своей любимой половинки и услышал бы чуть слышное её ворчание: "Ну, Кобель! Опять за старое! Седина в бороду, бес в ребро!"

Однако дедуля ещё не оправившись от "тяжёлой дороги", ничего не замечая, оставив пакет в прихожей, с превеликим удовольствием облачал уставшие ноги в любимые домашние тапочки. Получая от данного процесса неописуемое удовольствие, последующий вопрос он воспринял как весьма странный и совершенно непонятный.

- Светочке?!! Какой?!!! - как-то странно произнесла бабуля, медленно произнося каждое слово.

Дед, пропустив вопрос мимо ушей, думая, что допросов с него на сегодня хватит, прошаркал мимо супруги в направлении дивана. Опять же, вопрос предназначался скорее к Милочке, чем к нему, поскольку был деду вообще не понятен и, скорее всего, не имел к нему никакого отношения.

Но бабуля повторила вопрос слово в слово, после чего у деда в голове зашевелились сомнения на счёт его адресата. Ещё не понимая до конца всю щепетильность своего положения, он недоумённо переспросил:

- Как с какой? - чем обрёк себя в дальнейшем на капитальные тектонические сдвиги в своей плохо переваривающей всё происходящее голове.

- "С какой"! Неплохая оговорочка! - многозначительно повторила бабуля и тут же, развернувшись, удалилась на кухню.

Дед напрягся. Похоже, что-то он сделал не так. Ну, помидоры купил. Может, надо было ветки оставить? Его мысли прервал вопрос бабули, донёсшийся с кухни:

- И кто она такая?

- Кто? - недоумевал дед.

- Та, которой ты так любезно помидоры купил?

Дед безуспешно силился напрячь закипающее серое вещество. Он никак не мог определиться, у кого из них двоих съехала крыша, ведь было очевидно, что он купил эти злосчастные помидоры внучке.

Появившаяся Милочка ясности в дедовом мозговом штурме не добавила. Наоборот. На бабулин вопрос: "Ты уверена, что дед помидоры Светочке купил?", та чётко ответила: "Да!".

После этого бабуля почему-то стала ругать деда. И уж совершенно не понятно было, за что вместе с дедом от бабули перепадает учительнице начальных классов Светлане Георгиевне, именуемой за глаза народом просто Светочкой, не смотря на её не самый юный возраст.

Скандал мог бы разгореться до невероятных размеров, но тут Дорогуша, младшая сестрёнка Милочки, наткнулась на пакет с помидорой, о котором все уже забыли. Она показала его бабушке и недовольно констатировала возмутивший её факт:

- А помидорка-то без веточки! С веточкой она была бы вкуснее!

Дед слышал, как на кухне всхлипнула сквозь смех бабуля:

- С веточкой! Так это помидорка с веточки... а я-то... Милочка! Зови дедулю обедать!

"Офигеть! - думал дед, - Вот что это было?! Может из-за смены погоды? Да, хрен с два поймёшь этих женщин, особенно, если их абсолютное большинство! Не-е-ет! Надо срочно внука заказывать!"


Тема сочинения

Обычно дед со своими внучками проделывал путь от спортивной секции до дома пешком, но в этот раз мокнуть под дождём не хотелось. Ливень загнал их в общественный транспорт, делающий между точками отправления и назначения огромную дугу. Опять же, предполагалась пересадка. Но превратиться в мокрых куриц представлялось им удовольствием ниже среднего, поэтому они и тряслись сейчас в трамвае довольными и сухими.

- А нам к завтрашнему дню сочинение задали написать, - как бы между прочим начала из далека разговор Милочка.

Дед по своей простоте сразу же повёлся и задал вопрос, к которому его так незатейливо подвела старшая внучка:

- А тема какая?

- Дуль! Не поверишь, училка совсем с катушек слетела! Тема: "Почему я люблю ходить пешком"!

От такой неожиданной темы дед чуть-чуть не заговорил на великом и могучем русском устном, но, вовремя спохватившись, только крякнул. Далее все щебетания Милочки, надеявшейся на помощь в написании сочинения на огромный дедовский жизненный опыт, ушли на второй план.

Дед уже полностью погрузился мыслями в заданную тему.

Действительно, почему?! И вообще, почему именно "люблю"? Ходить пешком не такой уж и великий кайф, особенно тогда, когда ты сопровождаешь свою вторую половинку в чёсе по магазинам. Пара сумок а-ля "мечта оккупанта" любви к пешим прогулкам отнюдь не добавляет!

Мысли деда на некоторое время прервались. Пересадка с трамвая на автобус хоть и была молниеносной, но всё-таки требовала внимательности и в какой-то степени профессионализма. Заняв наиболее удобную позицию на задней площадке, все трое продолжили свой путь под неустанное щебетание Милочки на счёт предстоящего сочинения. Дорогуша, хоть и ни разу не прервала сестру, выслушивала ту с явным пренебрежением.

В автобусе было тесновато. Нет, спирающей дыхание давки, конечно, не было, но пробиться к выходу на нужной остановке, да ещё с детьми, всё-таки, представлялось задачей в основном для сильных духом и телом пассажиров. Поэтому, учитывая этот фактор, дед, как упёртый ледокол с манерами джентльмена, прокладывал трассу для Милочки и Дорогуши к выходу сквозь торосы, то и дело образующиеся из пассажиров во время торможения средства муниципальной роскоши.

Выйдя к своему немалому удовольствию на нужной остановке хоть и помятыми, но непобеждёнными, они заспешили к дому. Разговаривать почти на бегу под дождём никому не хотелось, поэтому дед снова погрузился в рассуждения по поводу любви к пешим передвижениям. Однако, не найдя ударных фактов в пользу любви к самому древнему виду перемещения в пространстве, он плавно начал переходить в своих размышлениях на личности в адрес учительницы, задавшей детям написание сочинения на такую "актуальнейшую" тему.

Как далеко он мог зайти в своих мыслях на этом поприще, лучше не думать. У училки, наверное, уже вовсю полыхали уши, когда деда отвлекла от дум Милочка, тянувшая его за рукав. Они уже вошли в подъезд, и внучка опять пыталась добыть у деда ценные сведения по теме заданного сочинения:

- Дуля! Ты меня совсем не слушаешь! Ну, почему я люблю ходить пешком?!

- Да я откуда знаю! - взбрыкнул дед, после чего наступило гнетущее молчание.

Наступило. Но продолжалось всего несколько маленьких мгновений, потому что тут не выдержала младшая из сестрёнок - Дорогуша, решившая разом прекратить назревающую панику сестры:

- Почему я люблю ходить пешком?! Почему, почему?!! Да потому что без пересадок! - на полном серьёзе высказалась она и первой ступила в подошедший лифт.


Котлетки

Дед, несмотря на своё посильно - активное участие в воспитании детей (кстати, выросшими далеко не самыми плохими людьми), Макаренко, мягко говоря, не был. Данный факт усугублялся ещё и тем, что его словарный запас кардинально отличался от словарного запаса воспитателей детского сада, что вызывало определённые неудобства в общении с самым мелким поколением его семейства. Особо напрягали его те индивидуумы, которые ввиду своего возраста не выговаривали ряд букв. По какому-то злому стечению обстоятельств на беду деда в его общении с внучками, а точнее с младшими из них, слова, произнесённые ангельскими созданиями, частенько невероятным образом трансформировались из литературных слов в слова разговорные, употребляемые не всеми и далеко не везде.

- Зеда! Хосю твоих котлеток! - заявила Дорогуша деду, шлёпая из детского садика домой в его сопровождении.

Дед утвердительно кивнул головой и, сразу пресекая все поползновения на его шею маленькой захребетницы в связи с уставшими ножками из-за удлинения маршрута, свернул на рынок.

Внучки очень любили рыбные котлеты. Правда, не любые, а только те, которые делал им дед. Никто в семье не делал таких вкусных и сочных котлеток, как он!

- Зеда, А куда мы идём? - спросила Дорогуша, стараясь обогнать деда.

- За рыбкой. Надо сомика и щучку купить... - ответил дед, не предполагая ещё всех последствий от уточнения названий рыб, которые будут пущены им на котлеты.

- Сютьки? - переспросила Дорогуша.

- Щучки, щучки... - на автомате повторил дед, увлёкшийся выбором рыбы.

Его даже не насторожило то, что некоторые покупатели стали обращать внимание на пришедшего с ним ребёнка, громко повторяющего название речного хищника.

Дед продолжал изучать содержимое прилавка. Добравшись взглядом до висящей на столбе красавицы, он попросил продавца дать ему осмотреть приглянувшийся экземпляр. На данную просьбу продавщица ему вежливо ответила, что он может и сам снять рыбу и заглянуть ей во все труднодоступные места, как он сделал это со всеми предыдущими претендентками на его расположение.

- Зеда! - начала терять терпение Дорогуша, - А сьто ты делаесь?

- Щуку снимаю! - пропыхтел дед, снимая с гвоздя довольно упитанную рыбину.

-Сюку снимаесь? - опять переспросила внучка.

На этот раз обративших внимания на девочку стало больше.

- Её - красавицу! - продолжал пыхтеть дед, увлёкшись процессом.

Покупка к великой радости тётки, торговавшей рыбой, наконец-то состоялась, и дед с внучкой продолжили путь домой. Дорогуша задавала как всегда вопросы, а дед, ничего не подозревая, старался на них отвечать, скрупулёзно подбирая для ответа слова.

- Зеда! А как ты будесь котлетки делась?

- Ну... как, как?! Сначала шкуру драть буду... мясо до костей отдеру, костлявая щука очень. Потом котлет нашлёпаю... потом, жарить буду...

Домой оба пришли усталые, но довольные и весёлые. Дорогуша аж с порога, не успев раздеться, громко на всю квартиру заявила:

- А зеда на базаре сюку сьнял!

Почему-то после этой фразы деду стало немного не по себе. Он ещё не совсем понял, почему, а Дорогуша уже продолжала горлопанить во всё горло:

- Зеда самую красивую выбрал!

- Ай да деда!!! Так уж и самую красивую?! - переспросила внучку бабуля.

Интонация в голосе спрашивающей при постановки данного вопроса деду почему-то не очень понравилась. Он хотел было пресечь развивающийся на уровне сплетен женский диалог, но опоздал. Дорогушу уже понесло! Она продолжала выкладывать всё про деда - героя, естественно, не понимая двусмысленность своего повествования.

- Самую, самую! Зеда сам сказал, сьто она красависа!

- Понятно! - откликнулась бабуля, а дед всё никак не мог сориентироваться в настроении своей второй половины: толи она раздражена (как это бывало в молодости), то ли ржёт, как (прости, Господи!) сивый мерин. А бабуленька продолжала, - Ну, и что он с ней делать будет?!

А Дорогуша продолжала резать всю правду - матку, не обращая внимания на то, что любимый дедушка уже готов был испариться, даже не смотря на то, что к данному моменту успел снять один ботинок.

- Снатяла он ськуру драть будет до костей! Потом по котлеткам наслёпает, а потом зарить будет!

- Ну и дедушка у нас! - почему-то съязвила бабушка. Дед о причине, конечно, догадывался, но вида не подал. Мало ли куда могут завести лишние вопросы!

- А мне больсе сёмик нравися! - вдруг сделала нежданный поворот в разговоре Дорогуша, - Сюка костлявая!

- Я их костлявых тоже недолюбливаю, - согласилась с внучкой бабуля.

- Посему?!

- Возни с ними много! - многозначительно повысила голос бабуленька.

Дед хотел было возразить, но вовремя одумался. Спорить с женским полом - пустое, особенно, когда их больше!


Зуб выпал!

- Дуль! Дуль! - радостно крикнула Милочка деду прямо в ухо, - У меня зуб выпал!

В принципе констатация данного факта была совершенно необязательна, так как свершившееся только что событие, пусть и не коренным образом, но, всё-таки, довольно заметно изменило дикцию ребёнка. Волшебным образом из словестных потоков юного оратора практически исчез звук "Т", "место под солнцем" которого сразу же стали примерять на себя другие буквы. Не прошло и минуты, а уже ни у кого не могло возникнуть и тени сомнения, что за явным преимуществом побеждает звук "С".

Естественно, дед немного напрягся. "Не дай вам Бог жить во времена перемен!" - мгновенно всплыла в мозгу правильная фраза, сказанная, по его мнению, очень умным человеком.

- Наверное, опять у Зубной феи на деньги выменяешь? - с небольшим раздражением откликнулся дед, стараясь мизинцем освободить ухо от только что приобретённых децибел.

Получив утвердительный радостный кивок, он прекратил бесполезные попытки вернуть своему уху его утраченные на время функции и, уже окончательно отрываясь от газеты, нарочито громко вздохнул:

- Эх, молодёжь! Новые времена - новые веяния! Мы-то раньше про всяких фей и слыхом не слыхивали. Зубы под печку кидали со словами: "Мышка, мышка! Унеси мой старый зуб, принеси мне новый зуб!". И заметь, совершенно бесплатно!

- И что? Работало?! - не по-детски поинтересовалась Милочка.

- Ещё как! - воспрял дед на ниве развешивания лапши на уши младшему поколению, - Месяца не проходило, чтобы новый зуб расти не начал!

- Тёмный ты человек, Дуля! - парировала Милочка, - Да и нет у нас печки!

- Ну... плита есть! - не сразу нашёлся дед, немного растерявшись.

- Больно надо под плитой грязь и разных паразитов разводить! Ты просто веришь в разную чушь, а я с выгодой вступаю с Зубной феей в товарно-денежные отношения. Причём, с выгодой для себя!

После такой фееричной победы в словесной баталии над приверженцем мракобесия Милочка, гордо вздёрнув носик, удалилась в свою комнату, где тут же поделилась свалившимся на неё счастьем с Дорогушей.

Следующие десять минут дед сидел на любимом диване с широко открытым ртом и переваривал только что полученный урок по экономике.

- О-фи-геть!!! - только и смог выдавить он из себя, выходя из ступора.

- Это тебе не у стоматолога платные пломбы ставить! - со смехом произнесла бабуля, внося с кухни только что испечённые пирожки.

После такой жирной черты, подведённой его второй половинкой под итогами дискуссии, дед, наконец, нашёл в себе силы закрыть рот, знающий стоматологов не понаслышке.

Обалдев от только что сделанного им самим вывода, что дети растут и умнеют гораздо быстрее, чем ожидают их "предки", он даже не придал значения тому, сто звук "С" практически монополизировал то речевое пространство, где раньше безобидно существовал между кончиком языка и утраченным зубом звук "Т".

Некоторое беспокойство по извилинам, конечно, прокатилось автоматически. Это могло бы даже достичь нужных результатов, и дед был бы в нужный момент начеку, но запах пирожков внёс коррективы в работу серого вещества.

А тут ещё дочь поставила домочадцев в известность, что все едут в магазин за продуктами. Отмазки типа "голова болит", "ножки устали" и "газету не дочитал" не прокатывают ввиду их несостоятельности на фоне опустевшего холодильника.

Чёс по гипермаркету уже подходил к концу, и уже обещал закончиться без эксцессов, как вдруг Милочка попросила у деда купить ей жевательную резинку.

- Что? Фея, скупающая зубы в розницу, опустила закупочные цены ниже плинтуса?! - блеснул дед своим остроумием, свысока поглядывая на Милочку.

- Нет, - спокойно ответил ангелочек, - Просто мы уже всё просратили!

На последнее слово, произнесённое в толпе кучковавшихся возле кассы "оптовиков", обратило внимание не меньше половины присутствующих в очереди. Ради объективности надо заметить, что внутри упомянутого коллектива также было замечено некоторое оживление.

- Че-го-о?! - переспросил саркастически дед, глядя с деланым пренебрежением сверху вниз на причину возникшей активности среди посетителей.

- Про-сра-си-ли!!! - громко повторила, опережая сестру, Дорогуша.

В её разговоре большинство согласных, пользуясь очень юным возрастом вещуньи, никогда не претендовали как на чужие места, так и на свои законные. Поэтому, выдаваемые Дорогушей перлы тут же обращали на себя внимание, а иногда даже становились крылатыми.

- ПРО-СРА-СИ-ЛИ-И!!! Дуля-а! - повторило ещё громче ангельское создание, чем привлекло внимание к возникшей у девочек проблеме оставшуюся часть посетителей.

Дочь, расплатившись за товары, как-то уж очень глубоко погрузилась в изучение чека, делая вид, что троица, вызвавшая всеобщее внимание, к ней не имеет никакого отношения. Однако меняющийся цвет лица, плавно, но уверенно обретающий катастрофически пунцовый оттенок, кричал на весь магазин об обратном. О том, что это всё одна шайка - лейка, подтверждал и прожигающий деда взгляд бабули.

- Ну, и при чём тут я? - набравшись смелости, задал вопрос дед, когда он вместе с девчонками уже сидел в машине, жуя купленную на троих резинку, - Кто тут виноват, что у ребёнка дикция сменилась? Тут, бабуля, ты мне дело не пришьёшь!

- Твоё влияние! - как-то неуверенно раздалось со стороны лобового стекла.

- Вообще-то, - пошёл в атаку дед, - согласно народной мудрости виновна больше в таких случаях бабка!

- Писему? - тут же переспросила Дорогуша.

Дед заржал, как сивый мерин, на всю машину. На какие-то мгновения он, потеряв контроль над желанием поделиться знаниями в области пословиц и поговорок сомнительного содержания, начал было знакомить присутствующих с одной из них:

- Так ведь бабки, народ говорит, внучатам зубы вы...

Тут дед опомнившись, осёкся и замолчал. Уточнять, каким изуверским способом бабки лишают внучат молочных зубов, ему расхотелось. Возникшая тишина смелости отнюдь не добавляла, поэтому, купленная жвачка быстро перекочевала из детских карманов в его рот, дабы тот не навлёк на деда ещё большей опалы.

Милочка, хоть и с некоторым сожалением, но с пониманием отнеслась к этому процессу. Дорогуша же, пытливый ум которой не терпел недосказанности, параллельно тому требовала ясности.

- Зеда! - настаивала она, - Сьто бабки делают?

- Бабки? - переспросил дед, мысли которого уже крутились совсем в другом направлении, - Бабки... Бабки... Бабки, котик, могут всё.

Машина прижалась к обочине, и, повернувшись к нему с передних сидений, на него смотрели дочь и супруга. Их глаза не выражали никаких отрицательных эмоций. Обеим было просто интересно увидеть деда, впавшего в растерянность, что было крайне редким явлением. А дед только хлопал глазами под непрекращающуюся работу рта, который, как гласила другая народная мудрость, подвёл его под монастырь.

- А у тебя, как я поняла, с бабками не очень! - с издёвкой произнесла жена, - Выпущенных на ветер слов не выкупить!

- Сьто делают бабки?!! - настойчивее повторил вопрос ребёнок.

- Вынимают, котик, вынимают, - ласково пропела бабуля и под испепеляющий деда взгляд рассказала Дорогуше сто один способ безболезненного изъятия молочного зуба у обладателя такого сокровища.

Машина, соблюдая все правила дорожного движения, покатилась дальше.

Дорогуша, проникшаяся после бабулиного повествования уважением к стоматологии, занялась содержимым своих карманов. Женская половина, уже не оборачиваясь, обсуждала меню предстоящего обеда, а дед морально готовился к штрафным санкциям.

Идиллию прервал голос Милочки:

- Виновата Зубная фея! Мало бабок за зуб принесла! Вот мы так быстро всё и просратили!

От неожиданного продолжения темы дед вздрогнул, неловко повернулся и задел руку Дорогуши, державшую в тот момент у своего рта открытую бутылочку с водой.

Ангельский голосок с сочувствием произнёс:

- Зеда! Высирай!


Штанишки с кармашками
Купить ребёнку штаны для катания с горки - дело плёвое. Куда сложнее эти штаны сначала выбрать!
Дед был уже весь в мыле, а плёвое дело, которое он решил спонтанно замутить с милыми его сердцу начинающими модницами, капитально буксовало на полдороге.
А так всё хорошо начиналось! Штаны для Милочки нашлись сразу. И рост, и фасон пришлись впору и сидели на девочке так, как будто мерки были сняты именно с неё. Так же не подкачал и цвет, что, как открыл не без удивления для себя дед, являлось отнюдь не последним фактором в выборе нужного шмотья в бескрайнем океане безразлично ждущих своего покупателя тряпок.
Скорость осуществления первой покупки обещала деду полную и безоговорочную победу разума над вещами и способствовала поднятию его и без того хорошего настроения. Со смехом вспомнилась бездонная жалость в его адрес в глазах дочери и супруги, когда те выпроваживали троицу в магазин со словами: "Ты сам этого захотел" и "Дай Бог тебе терпения".
Дед победоносно хмыкнул в усы, и именно с этого момента что-то пошло не так. Понял он это не сразу, а только после того, как припёр в примерочную кучу штанишек, нагруженных на него Дорогушей. Куча таяла, дед метался по магазину, развешивая забракованное Дорогушей шмотьё, продавцы, на свою беду решившие помочь юной привередливой моднице, теряя терпение, начинали уже лживо щебетать общие фразы типа "как вам идёт", а Дорогуша всё никак не могла выбрать товар по сердцу.
Время от времени масла в огонь подливала Милочка. Сестрёнка бесстрастно, но критически высказывалась о штанах, сменявших друг друга с разной скоростью. Как только появлялась в этом процессе заминка, и начинала теплиться надежда в успех данного безнадёжного мероприятия, Милочка произносила фразу "Это тебе не идёт", чем запускала процесс поисков с новой силой и с самого начала.
Настроение деда, всегда имеющее обратно пропорциональную зависимость от времени его нахождения в магазинах, стремительно падало к нулю.
- Котик, - решился навести кое-какие справки дед, - а что мы ищем?
- Сьтаниськи, - спокойно ответил ребёнок, продолжая грузить на деда новую кучу из штанов, - Зиёние и с каймаськами.
- А, может, нас устроят синие с кармашками? - попытался внести свежую струю в поиски дед.
На что и получил твёрдое безапелляционное:
- Неть!
Дед многого не мог понять в логике противоположного пола. Возраст обладательниц этой логики, как успел он заметить, в общем-то, большой роли никогда не играл, так как во всех случаях она всегда была для него практически непредсказуема.
- Ну, вот зачем тебе штаны на два размера больше?! - вопрошал дед на обратном пути к дому, - Они же тебе велики!
- Они зиёние, - посмотрев снисходительно на деда, спокойно ответила Дорогуша.
Дальнейший разговор не имел смысла, как не имеет смысла точка пересечения двух параллельных прямых. Да и о чём уж теперь говорить, если большие, но зелёные штаны были с особой радостью упакованы уставшими, но благодарными деду продавцами и преспокойно лежали в пакете, который Дорогуша ни на миг не выпускала из своих маленьких ручек.
Дома сразу же развернулся показ мод, после которого дед узнал о личных умственных способностях от своей второй половинки много нового и интересного. Новизна эта обнаружилась в двух, казалось бы, совершенно разных областях, таких как "воспитание подрастающего поколения" и "ГОСТы и размеры в лёгкой промышленности".
Дальше пошло обсуждение возврата штанов в магазин. Дед и Милочка в нём не участвовали, выбрав нейтральную позицию. Пришипившись на диване, они наблюдали, как два противостоящих блока отстаивали свои точки зрения в этом вопросе. В конце концов, аргументы Дорогуши были весомее доводов мамули и бабули. Она просто влезла в штаны и наотрез отказалась из них вылезать. Такого поражения оппоненты обладательницы зелёных штанов никак не ожидали, поэтому дед снова пожалел о своей слабохарактерности и мягкотелости, которые были замечательным сырьём для изготовления верёвок младшим поколением.
Предложение придать штанам нужный размер кое-кто воспринял в штыки. Однако кое-кто из участников дебатов такому предложению был очень рад и проявил к нему неподдельный интерес.
Прения сторон были отложены до лучших времён, которые по утверждению бабули обязательно должны будут наступить по возвращению пораженцев из продуктового магазина.
- Вылезай уже! - устало сказал дед Дорогуше, не желающей покидать оккупированные штанищи, после ухода дочери и супруги, - И как это я умудрился пойти у тебя на поводу?!
Лучший друг и психолог - диван радушно принял деда в свои объятия, освобождая его от полученного стресса. Милочка занялась котами, которые никак не хотели укладываться спать, а Дорогуша, не вылезая из обновки, принялась весело скакать около деда.
Дед настроения младшего ангельского создания не разделял, поэтому повторил своё распоряжение более настойчиво:
-Вылезай!
На что получил конкретный ответ:
-Вылезяю!
Инцидент был исчерпан. Дорогуша исчезла в другой комнате, откуда начало доноситься её пыхтение.
По прошествии некоторого времени, борясь с путами Морфея, дед, не меняя позы, уточнил стадию протекающего процесса:
- Ну, и как там наши успехи?
- Лезю! - деловито ответила Дорогуша.
- Долго, - подвёл дед итоги межкомнатного общения, проваливаясь в дрёму.
Открыть глаза закемарившего деда заставило какое-то нехорошее чувство. В квартире стояла недобрая тишина. Помня своё безоблачное босоногое детство, дед твёрдо знал, что в такие моменты рождаются не менты, согласно поговорке более позднего в его жизни периода, а самое банальное шкодничество.
Предчувствия его не обманули. Дед даже не успел ничего сказать, как перед ним появилась Дорогуша в своих новых зелёных штанах.
Классическая мода отдыхала, модерн нервно курил в углу. Последний, конечно, мог бы потягаться с представленной опупевшим зрителям моделью, но тоже не имел больших шансов на успех.
Штанин у штанов не было. В тех местах, где рука мастера отсекла всё лишнее, местами болтались клочками кусочки ваты, что придавало вещице ещё большую пикантность и неповторимость.
Данное произведение от кутюр обещало деду незабываемый вечер в семейном кругу. Взгляд Милочки, к тому моменту уложившей котов спать, несмотря на их сопротивление, говорил о полном согласии с дедом на тему предстоящего вечернего реалити-шоу.
И только Дорогуша светилась радостью и гордостью.
- И нисиво и не дольго! Тик, и отлезяля!
- "Лезу".., "лезу".., - повторял себе под нос, как заведённый, дед, - мало того, что этот логопедический омоним профукал, так ещё и сам торопил с выполнением поставленной задачи!
Каяться дальше деду помешал звонок в дверь.
- Дуль! - обречённо подытожила прошедший день Милочка,- Полундра!


Девичья память
- Надо бы проставиться! - как можно безразличнее прохрипел дед, покинувшим его ещё на трибуне голосом, когда Милочка и Дорогуша вышли из раздевалки. На их шеях болтались красивые широкие ленты, оттягиваемые большими медалями.
И если бабуля и мамуля обычно эту фразу, слетавшую с уст деда ,воспринимали как ересь, то сегодня они целиком и полностью поддержали осипшего еретика в его предложении.
Шутка ли сказать, Милочка, перейдя в следующую возрастную группу, на первых же больших соревнованиях в упорной борьбе заняла второе место по прыжкам в длину, а Дорогуша подтвердила звание чемпионки по спортивной ходьбе в своём младшем возрасте!
Детское спортивное кафе гудело, как улей. Маленькие спортсмены из разных клубов, а так же их самые преданные фанаты в лице ближайших родственников бурно обсуждали только что закончившиеся соревнования по лёгкой атлетике. Кто-то радовался хорошим результатам, кто-то сетовал на упущенную возможность, а кто-то просто сваливал свои неудачи на разного рода обстоятельства.
Войдя в данное заведение, дед хотел занять столик где-нибудь на "камчатке", но виновницы торжества уже сидели за столом в самом центре зала, сверкая своими медалями.
- Да уж, - пробубнил дед себе под нос, садясь за выбранный внучками столик, - ваша скромность, наверное, так от вас отстала, что ещё и не финишировала.
- Сьто? - переспросила Дорогуша, не понимая такой тонкой иронии деда.
- Шутка, - продолжал острить дед, одновременно вглядываясь через зал в предлагаемый заведением ассортимент, который явно его начинал разочаровывать.
Не добавило деду радости и предоставленное ему меню, которое так хорошо отражалось в его лице, что бабуле даже не было надобности это меню открывать. Дочь уже сделала заказ сама, а дед всё пытался найти заветную страницу с напитками, пусть даже и с самыми слабоалкогольными.
- А так выпить хотелось, - подлила масла в огонь бабуля, с издёвкой изображая сострадание.
- Спортсмены не пьют, - буркнул дед, захлопывая меню в полной безнадёге.
- Дуль! А ты тоже спортсмен?! - тут же удивлённо спросила Милочка, отвлёкшись на мгновение от купания в лучах славы, излучаемых сидящими за соседними столиками обожателями и завистницами.
- Ещё какой! - вставила своё слово дочь, наслаждаясь принесённым мороженым.
- Не "ещё какой", а "тот ещё"! - поправила её бабуля.
- Ну, поехали! - стараясь показать полное равнодушие к наездам, протянул дед.
То ли у приколисток проснулась совесть, то ли ещё по какой причине, но разговор с околоспортивных достижений деда переключился на более приятную тему. Мамуля и бабуля, заказав ещё всем по порции мороженого, снова и снова переживали сегодняшние радостные события.
Деду уже казалось, что этому мероприятию не будет ни конца, ни края, как на лице его второй половины практически в один момент безмерная эйфория сменилась глубокой озабоченностью.
- По-моему, кто-то ещё уроки не сделал! - с тенью сомнения произнесла она, глядя на Милочку, которой в данный момент было не до таких пустяков.
Она, хихикая, шепталась с Дорогушей. При этом девчонки постоянно демонстративно поправляли через свои плечи длинные косы и проверяли на месте ли их красующиеся в ушах серёжки, чем и вызывали неподдельный интерес не только у потенциальных поклонников, сидящих за соседними столиками, но и их мам.
- Та-ак! - прибавила громкость бабуля, - Кто не сделал на завтра уроки?!
Первой с неприкрытым раздражением отвлеклась от своего сияния на всё кафе Дорогуша:
- Мозьнё подюмать, сьто у нясь вьсе в ськолу ходять! - фыркнула она и вздёрнула свой ангельский носик, не забыв при этом стрельнуть глазками по своей половине поклонников.
Такое убойное замечание оставило бабулю без вариантов, и та без лишних интриг напрямую обратилась к Милочке.
На вопрос бабули, почему Милочка не выучила задания на дом, пока та спускалась с покорённого Олимпа, за неё успела ответить Дорогуша:
- Писему, писему! Забила она!
Сказанное было произнесено твёрдо тоном, не терпящим возражений, и достаточно громко, чтобы не остаться без внимания. Дед тут же встрепенулся, получив шанс отыграться за совершенно безосновательный стёб со стороны родного женского коллектива. В мгновение ока в его мозгу созрел наиковарнейший план.
- Смело! - стараясь перекрыть кашель всех поперхнувшихся в этот момент посетителей, сказал он, не давая опомниться взрослой половине своего женского войска, - Смело, но на грани фола. Особенно в таком юном возрасте!
- А сьто такого? Я тозе сясьто забиваю! - продолжила хоронить положительное мнение о своей семье Дорогуша.
После таких чистосердечных признаний Дорогуши на фоне дедовых замечаний в зале снова закашляла большая часть взрослых посетителей, но уже как-то уж очень неестественно, а сгоравшие от обожания пацаны, не смотря на сопровождающие их лица, проносили тающее с удвоенной быстротой мороженое мимо рта. Упустившие же момент мгновенной реабилитации своей чести и достоинства мамуля и бабуля тихо, но уверенно съезжали под стол, меняя только что приобретённый пунцово-красный колер на более нейтральный бледно-зелёный цвет.
- Я не забила, а забыла! - подала наконец голос Милочка, поправляя основательно пошатнувшуюся репутацию.
- А я про забывчивость и говорю, - тут же "переобувшись", как можно спокойнее произнёс дед, - а что, кто-то подумал о первом варианте?! Бабуленька! Мамуленька! Неужели вы могли усомниться в воспитании таких милых созданий?
Кафе покидали под назидания деда.
Он говорил так искренно, что стыдно за своё крамольное восприятие сказанного ребёнком стало всем окружающим.
В машине ехали молча. Дочь и бабуля, отведя душу в своих словоизлияниях по поводу того, что они думают на счёт замутившего весь случившийся в кафе стыд и срам оратора, мирно слушали льющуюся из динамиков спокойную музыку. Девчонки разглядывали свои медали, перешёптываясь и хихикая. А дед размышлял о том, как и где найти такого логопеда, который за крайне короткий срок прервал бы, наконец, всю эту цепь невзгод и ловушек, поджидающих его на каждом шагу.
- Вечно всё кончается одним и тем же, - подытожил он свои мысли вслух, бурча себе под нос, - Даже как-то странно.
И тут Дорогуша, решившая поддержать деда, на всю машину подвела итог его рассуждениям:
- Зеда! Нисего тут сраного неть!


Чёртики
Давить диван, полностью погрузившись в захватывающий сюжет новой книги - мечта каждого новоиспечённого пенсионера. Только вот далеко не каждый пенсионер может похвастаться таким счастьем, ибо в силу различных обстоятельств, это заработанное, согласно КЗОТу, пребывание в Нирване постоянно кем-то грубо разрушается в угоду своих личных интересов.
Дед к числу счастливчиков никак не относился. Постоянно находилось что-нибудь архиважное именно в тот момент, когда он принимал горизонтальное положение.
Даже вечером, когда девчонки укладывались спать, не было никакой гарантии, что счастливое общение с литературой не за горами.
- Дуль! Дуль! - раздался призыв Милочки, врывающейся в комнату, как только дед открыл книгу, - У нас бабуля ведь врач?!
- Конечно, ты же сама знаешь, - ответил дед, пробуя со второй попытки погрузиться в сюжет новинки.
- А какой? - не отставала Милочка.
- Хороший, наверное, - особо не вникая в то, что говорит, пробурчал дед, уносясь в далёкие приключения вместе с книжными героями.
Однако далеко унестись ему не удалось. От следующего вопроса ребёнка герои от греха мгновенно умотали восвояси, а дед вернулся обратно в серую действительность.
- Я про специализацию спрашиваю! - напирала внучка.
От вывалившегося на него слова "специализация" из уст ребёнка дед быстро захлопнул книгу и принял вертикальное положение.
- Я в твои годы таких слов не знал! - произнёс дед после некоторой паузы, глядя на Милочку с большим уважением.
- Вот и я не знаю, - вздохнула с сожалением Милочка, - Я сейчас по телику слышала, что у врачей специализация.
- Фу ты ну ты ножки гнуты! - то ли с облегчением, то ли с сожалением пробубнил себе в усы дед, и тут же добавил уже громче, - Специализация - это... ну, как тебе объяснить-то... Короче, бабуля у нас - окулист! Глаза, в общем, лечит! Поняла?
Милочка радостная кивнула головой и мгновенно исчезла за дверью, где они с Дорогушей организовали митинг в защиту прав человека, против режима, загоняющего всё сопротивление оптом по кроватям.
По доносящемуся хихиканью и топоту маленьких ножек дед понял, что бунтовщики оказывают некоторое сопротивление, но прибывшее с кухни подкрепление не оставило прогрессивно настроенным молодёжным массам ни единого шанса.
День подходил к концу. Все домашние давно уже спали, когда дед, борясь со сном, пытался дочитать главу уже лёжа в кровати...
- Как стоишь, солдат! - вдруг услышал он грозный голос прохаживающегося вдоль строя генерала.
"Твою мать!!! - подумал дед, оглядываясь по сторонам. Его неприятно удивил тот факт, что он стоял среди новобранцев в строю так же, как и тридцать пять лет назад, - Я ж давно долг родине отдал, что я опять тут забыл?! А как же пенсия? Накрылась медным тазом?!!"
Мысли его путались. Абсурд происходящего не столько пугал, сколько веселил. Хотелось ржать, но серьёзность текущего момента не давала волю чувствам, как в прошлый раз, тридцать пять лет назад, когда он, получив сержанта, не проходил в этом звании и суток.
- Где мои чёртики?! - продолжал домогаться до деда генерал, почему-то в форме адмирала флота времён расцвета пиратства на всех морях и океанах. Штанов у генерала не было, что придавало ситуации ещё большие нотки идиотизма.
- Где мои чёртики?!!! - орал генерал на деда, переходя к рукоприкладству.
Дед зажмурил глаза, его голова от тряски билась обо что-то мягкое...
- Где мои чёртики? - вопила Дорогуша, тряся деда за уши.
Дед открыл глаза и, несказанно обрадовавшись возвращению в действительность, сразу же начал день с подколок:
- Что потерялись?
- Дя! - ответила надутыми губками Дорогуша.
- Счастливая ты! - потянулся дед, как кот после дрёмы, - А мои вот всегда при мне! Никуда от меня не деваются!
Дед хотел было развить тему привязанности к нему его личных бесов, но получил локтём по рёбрам от своей второй половины.
- Не чёртики, а шортики! - внесла ясность, вошедшая в комнату, Милочка, и, назидательно обращаясь к сестре на правах старшей, продолжила, - Искать надо лучше, если разбрасываешь вещи!
От такого серьёзного начала нового дня в комнате воцарилась непривычная тишина. Все смотрели на Милочку, а та продолжала в том же духе, для большей убедительности подняв указательный палец вверх:
- А если ты их не видишь, обратись к бабуле! Она у нас - оккультист!!!
0
07:28
114
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...